Культура в коме 2: Новый безобразный сюжет

27 Ноя 2019, 16:58
5389
20
Культура в коме 2: Новый безобразный сюжет

Комментарий на «культурное событие», произошедшее недавно в Театре на Малой Бронной, руководителем которого является Константин Богомолов. Спектакль называется «НОРМА» и поставлен неким режиссером Диденко по роману В. Сорокина. О постановке читаем в прессе: «В одной из сцен спектакля актёр, извините, любил родную землю (понимаете в каком смысле любил? То есть совокуплялся с ней). В другой сцене герои долго рассуждали о происхождении фекалий, а потом начали их дружно поедать. Тут зрители не выдержали и кто-то крикнул: «А вы сами давно дерьмо ели?». В антракте некоторые зрители повскакивали с мест и с криками «Позор!» побежали к сидящему в зале Богомолову с острым желанием поколотить его. Охрана подоспела, а сам худрук назвал это провокацией. Ко второму акту зал заметно опустел».

По материалам «Комсомольской правды».

 

Культура – это обогащение сознания духовностью. А что демонстрирует худрук Богомолов? Сцены полового распутства в постановках Театра на Малой Бронной – это символы чего? Собственной гендерной неполноценности! Масок мрачной дебильности? Пороков безнравственности!

Картины спектакля «Норма» по роману В. Сорокина –  это смерч, ликвидирующий сознание. Беспощадная настойчивость, уничтожающая цивилизацию. Соблазны, сверкающие фекалиями, тяготение к низменным животным инстинктам!

Извращенное сознание худрука Театра на Малой Бронной ужасает гнетом мракобесия. Господин Богомолов, Вы – злосчастный насмешник, издеваясь над культурой, над мыслью, следуя инстинктам низменных животных, Вы погружаете публику в бессознательную пропасть раннего палеолита. Как приматы и неандертальцы не понимали стыдливость, так и труппа Вашего театра во главе с Вами и режиссером Диденко опускает сознание зрителя в выгребную яму, в которой фекалии становятся лакомым деликатесом.

В кино и спектаклях, а зрелищные искусства вообще сильнее воздействуют шокирующими сценами, чем словесные, мы видим постоянное употребление зашкаливающей физиологичности: голые, некрасивые тела – в спектаклях Серебренникова, в московском Театре.doc, сексуальные мерзкие имитации, извращение смысла классики в сторону мерзкой физиологичности –сцена мастурбации в «Борисе Годунове» К. Богомолова, который шел в Ленкоме. Идея спектакля «Князь» того же режиссера по роману Достоевского «Идиот», в котором  все герои-мужчины вступают в интимные отношения с малолеткой Настей – она по воле режиссера оказалась ребенком (почему вдруг? Безмозглость!), то есть речь идет уже о педофилии. В спектакле «Три сестры» на сцене Александринского театра муж – Кулыгин все время насилует жену, одну из сестер, Машу. Там же присутствует и гей-мотив: дуэль между Соленым и Тузенбахом оправдана гомосексуальной ревностью. А название пьесы «Монологи вагины»,  а постановка пьесы о «драме менструального цикла»? Все это, как и совокупления в музеях, акции-перфомансы, проводимые, например, в Третьяковской галерее, во время которой разгуливали в грязных трусах с кровавыми пятнами и в топах некие модели, рассматривающие картины авангардистов, – разве все это не о том же?  А скандалы с Фабром в Эрмитаже?

Почему я все это вспоминаю?

Да вот почему. Если есть государство, а в нём есть Министерство культуры, то, несмотря на то, что в Конституции объявлено, что у нас нет идеологии, у нас есть некие законодательно-административные права, которыми наделены министры и чиновники. Все перечисленное выше является, на мой взгляд, самой что ни на есть пропагандой извращения. Да, министр может выдать или не выдавать прокатное удостоверение фильму – вот фильму «Матильда», например, выдали, несмотря на протесты. Режиссеру Богомолову все можно, несмотря на скандалы! Ну как, в какой форме министр культуры проявил свою волю?  Никак. Проще ее не проявлять. Проще прикрываться свободами не только «художникам», но и министрам.

Да,  иногда министр Мединский высказывает свои личные оценки, но  он ведь не частное лицо, а государственное. И, насколько я знаю, он не возражал против принятия «Основ государственной культурной политики», где ни слова не сказано о том, что необходимо поддерживать все те мерзости, что перечислены выше, причем не в частных, а в государственных структурах.

Нарушение любого цивилизационного стандарта становится все чаще нормой, на которую культурные власти никак не реагируют. Был ли уволен хоть кто-то, кроме директора Новосибирской оперы Б. Мездрича, допустившего скандальную постановку «Тангейзера»? Была ли собрана хоть одна конференция Министерством культуры, на которой исследователи-ученые и практики театра обсудили бы с разных сторон вопросы насилия в культуре? Насколько я знаю, не было.

В Министерстве культуры есть некий Общественный совет, который с октября 2017 года возглавляет «писатель» Юрий Поляков (самый безнравственный тип публичных площадок – закономерно, что при его попустительстве  на театральных сценах творится такое безобразие). Общественный совет как раз и мог бы проводить публичные обсуждения таких трудных и спорных проблем культуры, но никакой информации о его деятельности в этом направлении нет!

Все, конечно, боятся и вообще начинают кричать, как только речь заходит о культурных репрессиях («Тангейзер», «Матильда», «Идеальный муж» и прочее). «Творцы» хотят безграничной свободы: пожалуйста, но только за свой счет. Пока же мы не видим эффективной и справедливой поддержки, например, театров в масштабе страны. Да, Министерству культуры напрямую подчиняются не так много театров, региональных много больше, но ведь российское министерство отвечает за состояние культуры в стране. И я что-то не припомню, кроме редких федеральных случаев, чтобы  Минкульт реагировал бы на ситуации в провинции, когда там происходят серьезные проблемы или конфликты эстетического плана. Не нашел я и информации и о том, что министр инициировал бы  обсуждение проблем театров провинции – конференции, круглые столы – на федеральном уровне. 

Сегодня ведутся обширные и острые дискуссии в России о концепции Закона о культуре,  о проекте Закона о семейно-бытовом насилии. Хотя «искусство» создает контент насилия. И, быть может, из него оно опускается в жизнь?

 Да, его трудно формализовать – но ведь не труднее, чем, например, психологическое. Кстати, в культурном насилии тоже есть элементы насилия психологического.  Если публику зовут на «Бориса Годунова» Пушкина,  на оперу Чайковского, на драму Чехова, то есть смотреть те произведения, которые в обществе принято полагать классическими, а с публикой совершают отсутствующие в классике и недопустимые действия (показывают половые акты, пропагандируют ценности меньшинств, добавляют грязные тексты, мат),  –  то я полагаю это самым настоящим культурным насилием. У нас мало занимаются этой проблемой. 

Господин министр культуры РФ, как Вы позволяете существовать в центре России, страны с высокими культурными, научными ценностями такому мракобесию?

Есть ли у Вас желание возвысить граждан российского государства творениями высокой культуры, обогащать ее духовно и нравственно? Судя по практике Вашей деятельности, таких помыслов у Вас нет. Вы занимаете чужую должность. Оправдайтесь перед соотечественниками, увольте худрука Богомолова и подобных ему типов с государственных театральных подмостков. Пусть уходят на частные сцены.

Если Вы не способны на этот шаг, то подайте в отставку. Упоминание Вашего имени в истории России будет сопровождаться только мрачными эпитетами, Вы останетесь в народной памяти как  министр-разрушитель национальной культуры.

Неприлично давать рекомендации, однако чтобы получить представление о том ужасе, который творится в современной российской культуре, можете посмотреть этот ролик (возрастное ограничение 21+):

Потемкин Александр Петрович

Писатель, доктор экономических наук

Комментарии: 20
  • Гость 6 месяцев назад | Изменено

    Ужасно! Кошмар!

  • Гость 6 месяцев назад | Изменено

    Эти люди уничтожают русскую культуру,причем,делают это бесстрашно и методично,стало быть,за ними стоит кто то очень могущественный.Делайте выводы,господа

  • Гость 6 месяцев назад | Изменено

    И если это коґо́-то вдохно́вляёт, пу́сть займется своим делом.

Присоединиться к проекту